Путешествие из Петербурга в Гурзувит-6

 Херсонес - Χερσόνησος 

«Но в мире сем всё приходит на прежнюю степень, ибо всё в разрушении свое имеет начало. Животное, прозябаемое, родится, ростет, дабы произвести себе подобных, потом умереть и уступить им свое место. Бродящие народы, собираются во грады, основывают Царства, мужают, славятся, слабеют, изнемогают, разрушаются. Места пребывания их невидно; даже имена их погибнут».

А.Н.Р.

Дорога наша от докучливого членотрясенья постепенно успокаивается, становится все глаже и благообразней. У выезда из Севастополя она потянулась немного наверх, еще, еще и мы на равнине. Сворачиваем направо, и вдоль моря следуем к цели нашей – священному Херсонесу. Сколько уже раз мы бывали в этом древнем городе, а вернее на его руинах, сколько раз мы посещали Свято-Владимирский собор, и все равно чувства предвкушения чуда и волнения мы испытываем вновь и вновь! Мы молились в храме еще тогда, когда он сам был в руинах и служба проходила в северном притворе Нижнего храма. Когда Владимирский собор в конце девяностых стали восстанавливать, мы тоже внесли посильную лепту и даже непосредственно вложили несколько фрагментов мозаики в убранство храма. Вместе с патриархом Московским и всея Руси Алексием II, метрополитом Крымским и Симферопольским Лазарем, президентами Путиным, Кучмой и Лукашенко в 2001 году нам довелось присутствовать на Крестовоздвижении после реставрации собора. В общем, как видите, читатели мои, мы всегда находили время для поклонения святому источнику нашей Православной веры. И изменения, происходившие на наших глазах существенны.

Но площадка пред входом в заповедник осталась без заметных подвижек – та же пыльная стоянка, те же ларьки Le Suvenire, кафе-шантаны и, главное, касса. Интересно, если я иду не в историко-археологический заповедник, а в Храм, то платить не нужно или дают скидку? Как-то в пылу покупки билетов забываю об этом спросить. Или они делятся потом, как учил Господь, после сбора выручки. И в каком соотношении? Это не праздный вопрос, так как совсем недавно произошел, как пишут в прессе, «скандал», как уже я понимаю, по этому поводу.

Дело в том, что после назначения главой Севастополя адмиралом Меняйло директором заповедника отца Сергия, научные сотрудники всего Херсонеса взбунтовались и даже написали гневную петицию, которую я привожу почти полностью (подчеркнуто мной – А.Ч.):

«Коллектив учреждения культуры Национальный заповедник "Херсонес-Таврический" выражает свое глубокое непонимание и возмущение кадровой политикой руководства города Севастополя и просит помощи у всех, кто в состоянии ее оказать. Вчера Приказом Главного управления культуры города директор заповедника А.В. Кулагин был снят с должности, и на его место назначен Протоиерей Сергий Халюта – Благочинный Севастопольского округа. Мы, сотрудники заповедника, считаем это совершенно недопустимым и выражаем свой протест. Подобное назначение символизирует полную смену вектора развития заповедника и перечеркивает труд тысяч людей, на протяжении почти двухсот лет отдававших свои знания, силы и души Херсонесу. Мы уверены, что назначение на пост директора заповедника человека далекого от науки и, тем более, представляющего интересы церкви, может нанести ущерб Херсонесу. Здесь необходим баланс интересов церкви и светской культуры, но с приходом на руководящую должность священника это будет невозможно. Не верится, что отцу Сергею удастся защищать херсонесскую науку, как это старались делать его предшественники. Дело кончится тем, что Херсонес из научно-просветительского центра превратится в религиозный, что совершенно недопустимо для российской и мировой науки и культуры. В силу вышеизложенного, коллектив заповедника настоятельно просит пересмотреть решение об увольнении Кулагина и назначении на пост директора отца Сергея Халюты. Мы уверены, что это решение было импульсивным и необдуманным, а последствия его могут оказаться катастрофическими. Пока не поздно, нужно его пересмотреть. Здравый смысл должен восторжествовать».

Здравый смысл! Восхитительно! И ведь культурно, ничего не скажешь, без идиоматических выражений и ненормативной лексики – вот что значит интеллигентные люди. Даже майдан не устраивали и палаток не разбивали! Я ничуть не сомневаюсь в некоторых заслугах и коллектива и старого директора товарища Кулагина, я вот только доподлинно знаю по опыту и вижу сейчас, как работники гуманитарных сфер вели себя во времена «застоя», «лихих» 90-х, при власти Украины и прочих напастях. В эпоху Перестройки мне довелось присутствовать в научном учреждении на «выборах» директора в пику новому, назначенному сверху. Тогда все демократически проголосовали за «своего», который был рубахой-парнем, и позволял каждому заниматься тем, чем он хотел! Может быть в данном случае это и не так, но свежо преданье.

Десятилетиями наблюдая за работой научного заповедника и православного Храма, вижу разимые отличия. Если служители культа и отец Сергий лично, безусловно душу вкладывали в свое детище и результат на лицо, то «научная» деятельность, на мой непросвещенный взгляд сводилась к обилечиванию экскурсантов и замазыванию руин Херсонеса цементом (!). Ни пояснений, ни каких-либо новых форм изысканий даже в обслуживании туристов – своего «хлеба», ни реконструкций. Все было отдано в частные руки и под «крышу» бан… В полемическом запале меня немного заносит, простите.

Конечно, адмирал в археологической науке ничего не понимает. Признаюсь, и я археологических журналов не читаю, но по другим своим источникам знаю как ведется «научная работа». Боюсь, что бесконтрольная выручка от аренды кафе и прочих заведений, экскурсий и билетов диких прихожан заповедника и храма не дает успокоиться служителям Клио.

Неисповедимы пути Господни!

И как не стыдно ученым мужам и… женам (?!) устраивать дрязги в святом месте против в буквальном смысле веры Человека. Даже не важно какой веры. Что интересно, никто не подумал, что мой любимый Херсонес при всем его значении для, может быть, науки, истории, туризма и меня, как писателя, – НИЧТО перед величием события произошедшего здесь, на этой земле.

Здесь родилось Величие России!

Безоговорочно признавая значение Правословной веры, как религии, скажу, что она, вера, на этом крохотном клочке Тавриды Божественным провидением объединила русский народ, создав Великое славянское ментальное пространство, которое волею многих и многих поколений преобразовалось в Великою Державу, простирающуюся от морей Атлантического до Тихого океана!

Не думаю, что я сделаю хоть для кого-то открытие, но, тем не менее, сообщу о том, что по церковным преданиям и историческим свидетельствам, крещение Великого князя Владимира Святославича состоялось в 988 году в городе Херсонесе, или Корсуне (так его называли древние русичи). В «Повести временных лет» преподобный Нестор Летописец упоминает про городскую соборную церковь: «посреди града, где собираются корсунцы на торг», которая могла быть наиболее вероятным местом судьбоносного для всей Руси события.

Впервые идея увековечивания места Крещения равноапостольного князя Владимира была высказана в 1825 году и принадлежала главнокомандующему Черноморским флотом и портов вице-адмиралу А. Грейгу. Именно по его инициативе в Херсонесе в 1827 году были проведены археологические раскопки под руководством К. Крузе, которые обнаружили руины трех древних христианских храмов, и среди них – остатки кресто-подобной в плане церкви в центре главной площади города. В начале 30-х годов XIX века историки Ф. Дюбуа де Монпере и Н. Мурзакевич предположили, что великий князь принял Святое Крещение именно в этой базилике. Таким образом все колебания по поводу определения места сооружения в Херсонесе храма во имя святого Владимира – Крестителя Руси, развеялись, и он должен был предстать над руинами древней святыни.

10 февраля 1858 года Высочайшее разрешение на строительство храма наконец было подписано. 23 августа 1861 года императорская чета – Александр II и Мария Александровна, сопровождаемые большою свитою, после торжественного молебна, заложили первый камень храма. Автором проекта выступил академик архитектуры Давид Гримм, главным руководителем работ стал академик Н.М. Чагин.  13 июня 1888 года ко дню памяти равноапостольного князя Владимира Собор был освящён.

Последняя служба во Владимирском соборе была отслужена в 1926 году в престольный праздник. После закрытия собор обветшал и стал разрушаться, имущество неоднократно грабили. Например, в сентябре 1925 года в собор пробрались грабители, которые разобрали часть крыши и разбили стекла. Через дыру в крыше проникла вода и серьезно повредила стенную живопись храма.

Во время Великой Отечественной войны в собор попала бомба, от взрыва которой разрушился купол. А весной 1944 года по приказу немецкого оберста Кольба собор заминировали, от взрыва провалились перекрытия, поддерживающие ярусы, по стенам пошли трещины. Погибли, оставшись совершенно незащищенными, остатки внутреннего убранства.

После войны собор долгое время стоял разрушенным, даже к 1000-летию Крещения Руси не нашлось денег на его восстановление. Руины собора возвышались над развалинами древнего города и сами казались такими же древними – трудно было поверить, что еще в начале века это был величественный и очень красивый храм.

Но блеснул луч солнца, и само Время и верующие русские люди, а отнюдь не только научные работники заповедника, возродили священный храм! И сегодня мы наблюдаем Свято-Владимирский собор во всем великолепии.

Да, любезный читатель, все здесь пронизано временем, все, сделанное человеческими руками, иссушено и истлено. Хотя мне, пытающемуся представить и понять живую историю (именно понять), воочию представляются сидящие в античном театре граждане Херсонеса, облаченные в тоги, гуляющие гетеры, в легкомысленных туниках, спешащие олимпийские скороходы, суровые войны и обветренные моряки. Для всех них это был обычный сегодняшний день, как для нас сие мгновение…

Руины завораживают и говорят со мной.

Но полно. Так можно и вообще переселиться в иной мир или в пси… хофизическое пространство. Сегодня сияет солнце и вокруг только «щелкающие» телефонами (!) туристы. Мы, пройдя памятник Андрею Первозванному, вошли на территорию храма, огражденную от заповедника ажурной железной оградой.

Вот кстати, Андрей Первозванный. В той же прессе сообщается, что на территории государственного заповедника «Херсонес Таврический» обнаружен отпечаток стопы Апостола Андрея Первозванного. Речь идёт об отчётливо сохранившемся отпечатке стопы на камне у берега моря. Занятно, кто был экспертом?

Тотчас была оперативно организована круглосуточная охрана, что удивляет – мне наивному, трудно представить, что кто-то покусится на святые следы, хотя, если оборотиться, вандалов хватает. Сейчас находку изучает епархиальная богословская комиссия, возле отпечатка митрополит Крымский Лазарь отслужил несколько молебнов.  Дай Бог им сил, и мы, в случае чего, поможем.

Напомню атеистам, что Андрей родился в начале I века нашей эры в Вифсаиде, небольшом городке, стоящем на севере Галилейского озера. Андрей – родной брат апостола Петра. До того, как стать учеником Иисуса, Андрей был рыбаком, также, как и его брат. В самом начале своего служения Христос проходил мимо двух братьев-рыбаков, закидывавших сети в Галилейское озеро. Он сказал им самые простые слова: «Идите за мною, и Я сделаю вас ловцами человеков». Они так и поступили, бросив в одночасье всю свою прежнюю жизнь.

Евангелист Иоанн повествует, что еще прежде Андрей был учеником Иоанна Крестителя, и слышал, как тот называл Иисуса «Агнцем Божьим». Ведь это и было самым главным в Его земном служении: не проповедь, не чудеса, а жертва, которую Ему предстояло принести на кресте, став Агнцем ради спасения всего человечества. Андрей поверил в это сразу, и потому мы называем его сегодня Первозванным — из апостолов он был призван первым. Именно он указал Христу на мальчика с пятью хлебами и двумя рыбками, которые потом были чудесным образом умножены, чтобы накормить толпу.

Когда апостолы отправились на проповедь, они разделили между собой по жребию страны, в которых им предстояло возвещать Благую весть. Андрею досталось побережье Понта Эвксинского, то есть Черного моря. Южные берега, включая и крымское южнобережье входили в состав Римской империи, а в северном Причерноморье жили скифы. Как далеко на север зашел в своих странствиях апостол Андрей, мы точно не знаем — сохранилось сравнительно позднее предание о том, что он поднялся вверх по Днепру и освятил место, на котором потом был построен город Киев, и даже о том, как он добрался до Новгородской земли и удивился обычаю тамошних жителей париться в банях. Правда это или нет – неизвестно, так как прямых «заверенных» документов не сохранилось, но все равно мы можем сказать, что апостол Андрей был первым, кто стал распространять христианство «в нашем направлении». Следуя легендам, мы узнаем, что он побывал и в Херсонесе. Андрей Первозванный упоминается в Евангелии от Марка, в Евангелии от Луки, в Евангелии от Матфея, в Евангелии от Иоанна, а также в «Деяниях святых апостолов».

А что до чудес которые мы предвкушали в начале главы, то Андрей Первозванный, обладая даром воскрешения умерших, не раз демонстрировал свою способность прилюдно, доказывая свое право на слово Божье. Так, историки выделяют несколько ярких случаев чудесного воскрешения апостолом Андреем мертвых. Будем надеяться и мы.

В момент смерти Андрея Первозванного все озарилось ярчайшим сиянием. Через много лет на месте гибели самого верного апостола Христа забил источник с чистейшей водой. Вот и мы в Крестовозвижение в момент соединения Креста и Храма видели Свет, – когда крест коснулся купола в небе возникло зеркальное изображение храма. И это правда. Как воссоединение России и Крыма.

Да, чуть не забыл. Сам Херсонес. Советую обратиться к проверенным источникам или, на крайний случай, к гидам. Правда, крымские экскурсоводы любят приукрасить события, но так даже интересней! От себя о Херсонесе, как о городе которому посчастливилось оказаться в нужное время в нужном месте, с точки зрения точной истории скажу только, что основан сей град был в 422-421 годах до Р.Х. выходцами из малоазийской Гераклеи Понтийской. Будучи демократическим полисом, ты слышишь мой просвещенный читатель – демократическим! Не то что некоторые монархии! Несмотря на демократическое начало, как это бывает и сегодня, в IV веке до Р.Х. началась экспансия Херсонеса в плодородные равнинные районы Северо-Западного Крыма. Она сопровождалась подчинением Керкинитиды и освоением обширных территорий, на которых были созданы многочисленные херсонесские укрепленные и неукрепленные поселения, а земельные массивы были поделены на участки. Знакомо, правда?

Уже в I веке в Херсонесе появляются первые последователи христианства. Здесь оканчивает свою жизнь римский папа Климент I. В V веке Херсонес вошёл в состав Византийской империи, а в IX веке стал одной из её военно-административных областей. Вплоть до XIII века он был форпостом Византии в Крыму. В это полутысячелетие своей истории Херсон оказывался в перекрестии военно-политических интересов Хазарского каганата, Древнерусского государства, печенегов и половцев, но врагу лишь однажды удалось вступить в городские пределы. В 988 году киевский князь Владимир после нескольких месяцев осады захватил город. Взятие Корсуни позволило Владимиру диктовать свои условия императору Василию II и жениться на византийской царевне Анне – беспрецедентный случай в мировой истории. Говорят, история не знает сослагательного наклонения, и все же, а что если бы Владимир остался в Крыму тогда? Загадки истории!

В 1223 году свой первый набег на Крым совершили монгольские орды хана Батыя, а южный берег полуострова подвергся нападениям турок-сельджуков. В 1299 году южную и юго-западную Таврику разорила орда татарского хана Ногая. Не смог устоять и Херсонес. В середине XIV века контроль над городом осуществляли генуэзцы, но вернуть ему былое могущество не удалось. В 1363 году Великий князь Литовский Ольгерд разбил крымскотатарское войско близ устья Днепра, вторгся в Крым, опустошил Херсонес и захватил здесь все ценные церковные предметы. Преемник Ольгерда Витовт в 1397 году пошёл на Крым и снова разрушил Херсонес.

Печально. Больше уже Херсонес не возрождался.

Мы совершили наш традиционный круг, прикоснулись к сакральным камням, постояли у часовни-шатра, сооруженном на месте, где мог креститься Владимир, встретили весело суетящихся работников заповедника, подметавших дорожки и вырубавших кустарник в древнем городе (как оказалось, в Херсонес должен был приехать президент РФ, разминулись), в ближайшем кафе съели какое-то «второе», купили «освященные» брелки, еще раз поклонились и отчалили. 

Что касается «скандала» на святой земле, то волею самого президента России Крымский заповедник «Херсонес Таврический» – без него ни в чем не разобраться – скоро станет объектом федерального подчинения. Кроме того, «Херсонес Таврический» будет внесен в Единый государственный реестр объектов культурного наследия народов РФ и в Список особо ценных объектов культурного наследия народов РФ.

 «Теперь заниматься “Херсонесом Таврическим”, в том числе и назначать нового директора будет его учредитель, а учредителем теперь является Министерство культуры», – заявил помощник президента по культуре Владимир Толстой – правнук однополчанина моего прадеда, помните?

И слава Богу!

(продолжение следует)

Фото из архива автора.

Материалы в т.ч. http://херсонес-музей.рф

Шедевры живописи.

Heinrich Bürkel (1802–1869). Bettleranfall-an-ital-Poststation

Путешествие из Петербурга в Гурзувит - как-то так...

Путешествие из Петербурга в Гурзувит-5

Севастополь.

«…Сокровенныя доселе внутренния каждаго движения, заклепанныя так сказать ужасом, начали являться при изчезании надежды. Вода между тем в судне умножалася, и труд наш возрастая в отливании оной утомлял силы наши приметно. Человек яраго и нетерпеливаго сложения рвал на себе волосы, кусал персты, проклинал час своего выезда. Человек робкия души и чувствовавший долго может быть тягость удручительныя неволи, рыдал орошая слезами своими скамью, на которой ниц разпростерт лежал. Иной воспоминая дом свой, детей и жену, сидел яко окаменелый, помышляя не о своей, но о их гибели, ибо они питалися его трудами».

А.Н.Р.

Где бы мы не останавливались в Крыму на длительный привал, мы непременно посещали Севастополь. А иногда и жили в этом замечательном городе русской славы подолгу. Неповторимый воздух свободы Севастополя придавал и нам силы для дальнейших благостных свершений.

Изумрудные виноградники, величественные серые скалы, изжёлтые пастбища, дремучие заросли кизила – вот преддверье Севастополя, если ехать к нему с восточной стороны. Но вот наш тракт проскакивает перекресток пяти дорог, балку, и мы в предместье. Со времен Екатерины, да и Крымской войны город разросся, разширился до пределов Инкермана и Балаклавы. Прямая как стрела мощеная дорога ведет нас все дальше и дальше. Понеслись мимо хатки справные, сады плодовые, пакгаузы флотские. Но моря еще нет, подожди, нетерпеливый читатель. Вот уж площадь Ушакова, Матросский клуб и, наконец, усталому путнику открывается величественная Ахтиарская бухта со строем военных кораблей и гурьбой прочих лодок и яликов. Панорама – дух захватывает! 

Прекрасна ты, белокаменная столица русского флота!    

Славная история Севастополя хорошо известна и нет необходимости повторять академические труды и тексты путеводителей – для привлечения интереса северных граждан наших мы поделимся лишь некоторыми прошлыми событиями, а также своими впечатлениями и размышлениями.

И сразу упомяну один исторический факт, непосредственно касающийся, естественно, меня, – мой прадед, Александр Арсеньевич, в Крымскую войну защищал Язоновский редут, прикрывавший тыловую часть четвертого бастиона. Мифологическое название этого оборонительного сооружения объясняется тем, что построила его команда брига «Язон». Первым командиром редута был капитан 2 ранга Н. Н. Липкин, позже им стал командовать лейтенант К. А. Лазарев, до этого командовавший батареей № 23. Вместе с прадедом на Язоновском редуте сражался Лев Николаевич Толстой и их знакомство продолжилось и после отставки по ранению. Язоновскому редуту и батарее № 23 лейтенанта Лазарева (и моему прадеду я надеюсь) в Севастополе установлен памятник. По всей видимости, именно оттуда, с полей и морей жарких сражений, по наследству мне передалась любовь к Севастополю и Крыму. Я намерено привел этот факт из истории нашей семьи – сегодня, к сожалению, мало кто помнит своих героических предков далее двух-трех поколений.

Еще вчера это печальное наблюдение я мог бы, не сомневаясь, утверждать доподлинно, и отрадно, что именно сегодня это становится не так – в стране пробуждается интерес к истории Отечества и, следовательно, своей семьи, как неразрывной части его, и не случайно возникло такое народное Движение как «Бессмертный полк». С фотографиями отца и деда я обязательно приму в нем участие 9 мая. Но что если в День Победы вместе с победителями Великой Отечественной пронести в строю еще и имена известных тебе, мне, родственников, защищавших Родину и в Первую мировую войну, и в Крымскую, и даже в Наполеоновскую 1812 года. Если помним. Ведь все они русские воины и заслуживают вечной памяти! И это не шутки.   

Каждая страница памяти важна.

И здесь невозможно удержаться, чтоб из нескончаемой череды подвигов русских людей не привести один из первых героических случаев далекого прошлого славного города Севастополя.

Да, это было давно – 14 мая 1829 года в дни русско-турецкой войны. Небольшой отряд кораблей российского флота в составе фрегата «Штандарт», бригов «Орфей» и «Меркурий», неся дозорную службу, находился в районе Босфора. Утром русские корабли неожиданно встретились с шедшей на встречу турецкой эскадрой, в составе которой было 18 судов, в том числе шесть линейных кораблей и два фрегата. Увидев явное превосходство сил противника, русский отряд решил не принимать боя.

Подняв все паруса, «Штандарт» и «Орфей» быстро ушли от погони турецких судов. «Меркурий», скорость которого была меньше, стал отставать и вскоре был настигнут неприятельскими линейными кораблями «Селимие» и «Реал-бей», на вооружении которых было соответственно 110 и 74 орудия.

Видя неизбежность неравного боя, командир брига капитан-лейтенант А.И. Казарский собрал офицеров. Выступивший первый по званию поручик корпуса флотских штурманов И.Прокофьев высказал общее мнение – принять решительный бой, а в случае захвата корабля противником, взорвать его. Это решение было объявлено всему экипажу. Матросы и офицеры стали готовиться к бою. На шпиль у входа в крюйт-камеру был положен заряженный пистолет, чтобы при необходимости из него осуществить взрыв боезапаса.

Тем временем неприятельские линейные корабли уже приблизились на расстояние орудийного выстрела и открыли огонь из носовых пушек. Имея десятикратное превосходства в артиллерии, враг предвкушал легкую добычу. Ведь на крошечном русском суденышке было всего лишь восемнадцать орудий! «Селимие», пытаясь дать бортовой залп по рангоуту брига, стал выходить с правого борта, но умелым маневром Казарский оставил противника на кормовых курсовых углах. Несколько позднее другой турецкий корабль все же сумел занять огневую позицию с левого борта, и «Меркурий» попал под перекрестный огонь.

Пользуясь парусами и веслами, экипаж «Меркурия» мастерски уклонялся от залпов неприятельских кораблей, подставляя им корму. При этом русские моряки сами вели меткий ответный огонь из всех орудий и ружей.

Около четырех часов велся этот беспримерный в истории неравный бой. Вот уже, получив тяжелые повреждения, лег в дрейф «Селимие». Но «Реал-бей» все еще продолжал жестокий обстрел русского брига. Наконец он тоже получил попадание в переднюю мачту и стал отставать. А «Меркурий», несмотря на то, что им было получено двадцать два попадания в корпус и около трехсот – в паруса, такелаж и рангаут, на следующий день с победой присоединился к Черноморской эскадре. Из героического экипажа брига четыре человека были убиты и восемь, в том числе и его капитан, получили ранения. Урон, понесенный врагами, был значителен, а позор поражения двух сильнейших линейных кораблей турецкого флота от маленького русского брига - неизмерим.

14 мая 1829 года А.И. Казарский и экипаж брига навечно вписали свои имена в историю Российского флота. Бриг «Меркурий» был награжден кормовым Георгиевским флагом и вымпелом. Это было второе награждение после линейного корабля «Азов».

Указом император Николай I повелел:

«...Мы желаем, дабы память безпримернаго дела сего сохранилась до позднейших времен, вследствие сего повелеваем вам распорядиться: когда бриг сей приходит в неспособность продолжать более служение на море, построить по одному с ним чертежу и совершенным с ним сходством во всем другое такое же судно, приписав к тому же экипажу, наименовать его «Меркурий», на который перенести и пожалованный флаг с вымпелом; когда же и сие судно станет приходить в ветхость, заменить его другим новым, по тому же чертежу построенным, продолжая сие таким образом до времен позднейших. Мы желаем, дабы память знаменитых заслуг команды брига «Меркурий» и его никогда во флоте не исчезала а, переходя из рода в род на вечныя времена, служила примером потомству».

Вот откуда слова на постаменте памятника бригу «Меркурий» и его командиру, который стоит на площади Нахимова, созданного скульптором Александром Брюлловым: «ПОТОМСТВУ В ПРИМЕР», которую мы прочли, поклонились и отправились напротив, на Графскую пристань, откуда отчалил в свой героический поход бриг «Меркурий».

О сколько великих людей стояло на этой пристани! Их сакральная сила передается всем, кто ступит на священные камни у моря. Сколько раз парадный причал царской яхты «Штандарт» разрушался, терпел унижения от захватчиков и временщиков. Но вот, наконец, во всем блеске Графская пристань вновь готова принимать своих героев.

Как я уже говорил, мы часто бываем в Севастополе – он всегда молод и интересен – но особый случай это грандиозный севастопольский Праздник Военно-Морского Флота. И нам, жителям балтийской столицы, такой размах и не снился. Корабли стреляют, самолеты летают, десантники высаживаются на берег! За душу берет! Гордость подкатывает к горлу, а от мощи русского флота невольно наворачиваются слезы!

За исключением нескольких лет, мы с доисторических советских времен наблюдаем за перипетиями и преобразованиями Черноморского Флота в Крыму. Да-да, мы все помним. И попытки прихватить «ничейные» маяки и корабли, отмены морских парадов и зловредное выживание флота. Не вышло! Все вернулось на круги своя! Божественным провидением, волею граждан Крыма и Севастополя, решительностью власти республики и мудростью России это свершилось. Это главное что мы наблюдали в Севастополе. И это впечатляет. Я не напрасно пою сей гимн Крыму и Севастополю – вы, мой читатель, где-нибудь в Петропавловске Казахском или в приграничной Нарве можете себе представить счастье возвращения на Родину? Не ловите меня на слове, недремлющие политиканы, мне чужой земли не надо. Просто я о том, что каждый человек вправе выбирать свое будущее и достойным это удается!

Крым и Севастополь дали нам, заскучавшим и сытым жителям материковой России, веру в самих себя, в то самое будущие и великую Родину, способную противостоять и внешним и внутренним врагам, тщащихся за тридцать сребреников развалить наше государство!

(Поймал себя на мысли – пафоса сверх меры, но ничего исправлять не буду, что делать, я, русский человек, действительно так думаю и не стыжусь этого ибо это правда!)

Остынь, сказал я себе, вдыхая порывы свежего морского ветра, аксиомы истории в жизни далеко не очевидны, и ты рискуешь подвергнуться осмеянию демократической общественностью и быть исторгнутым из сообщества либеральных интеллектуалов. Жуть, куда пойти, куда податься?! Но я в Севастополе, и мне не страшно!

Оставим идейные сущности, обратимся к прекрасным реалиям – памятник Затопленным кораблям, Офицерский бульвар, Артиллерийская бухта, приморский базарчик, открытые ресторанчики с еще украинскими пивными этикетками. Чего только нет на набережной. Особое место занимают крымские магниты на холодильники – да столько холодильников нет во всем мире, сколько здесь этих магнитов! Вот прошел дядька в бескозырке с баяном, что-то неразборчиво наигрывая; вот вельможный нумизмат разложил свой товар прямо на парапете; вот прошли морские офицеры и не надо рассматривать – чьи, наши, само собой; вот заставленный украинскими отелями обелиск Защитникам Севастополя…

Собственно и все о Севастополе с точки зрения стороннего странника – обычный, немного курортный русский город, живущий своими заботами. Как будто ничего особенного. Но это надо обязательно видеть. У нашего соседа Валеры из Пензы, впервые приехавшего в Крым, которого мы отправили смотреть Севастополь, я спросил «как?!». «Город как город, ну, красивый», сказал Валера. А ведь это здорово, между прочим, – он воспринял Севастополь запросто, как естественную и неотъемлемую часть нашей страны. «Ну а то, что он, Севастополь, теперь русский?», не отставал я. «Это да! Но ведь он и был всегда русским!» - ответствовал мне Валера. И ведь это верно.

Город, основанный 10 (21) февраля 1784 года Екатериной II, которая своим указом повелела Григорию Потёмкину устроить в Крыму большую крепость и назвать Севастополем, и сегодня молод и блистателен. Будто и не было жестоких войн и вражеских оккупаций – все сияет новизной, в меру отмечено сталинским ампиром, непременными хрущевскими «черемушками» и брежневскими а-ля «137-серия». Оно и понятно, город был разрушен дотла несколько раз. Да и наши украинские братья успели добавить своего специфического классицизма…

Одним словом, хорошо и привольно!

Однако в средствах массовой информации говорят, что коммунальное хозяйство Севастополя не ремонтировалось с советских времен. Украинские власти, говорят они, ни копейки не вкладывали в развитие города. Также говорят, что не только не вкладывали, а высасывали последние соки. Еще говорят, что все застраивалось в последнее время, как придется и только за взя… нет, не надо, это уже слишком! В общем разговоров достаточно. Да, я все время ссылаюсь на то, что кто-то что-то говорит, потому что сам точно, документально не знаю – думаю, не знает никто. На слово я могу поверить людям и то не всем, а как поверить СМИ – ведь сегодня это серьезное идеологическое оружие! К тому же у нас, как я уже упоминал в предыдущих главах, правовое государство, или оно по крайней мере стремится к этому. И это тот случай, когда это стремление должно стать непреложным правилом поведения ответственных лиц. Все таки международные отношения, беспокойная соседняя держава, цирлих-манирлих…

Но ведь Севастополь фактически никогда и не был Украинским! По особому статусу он всегда оставался территорией Российской Федерации. На Беловежском сборище вопрос о Севастополе просто затерли, и Кравчук нагло воспользовался этим, а Ельцин, во имя дружбы с Америкой, проглотил. Я уж не говорю про весь Крым, который в этот момент преступного раздела можно было легко вернуть и по достоверным сведениям украинские сепаратисты были готовы к этому! Всё это безусловно, как бы не изощрялись либерастические политики и юристы! (Кажется я, наконец, подобно Радищеву, Герцену, Салтыкову-Щедрину, вышел таки на заоблачную вершину справедливой критики доселе незыблемых устоев государственности и международного мироустройства! Эва как!)

Кстати о Беловежском разделе. Вы только представьте себе, что было бы, если бы эти хотя бы три, как бы это помягче выразиться, «лидера» вместо того, чтобы разделяться, объединились бы на вечные времена на любой основе – капиталистической, социалистической, феодальной, федеральной, и продолжили бы вместе строить свое Великое Отечество! Что было бы?! И чего бы не было!

Споемте, друзья:

Ты лети, крылатый ветер,
Над морями, над землей,
Расскажи ты всем на свете
Про любимый город мой.

Всем на свете ты поведай,
Как на крымских берегах
Воевали наши деды
И прославили в боях

 

Припев:
 

Легендарный Севастополь,
Неприступный для врагов,
Севастополь, Севастополь -
Гордость русских моряков.

Здесь на бой, святой и правый,
Шли за Родину свою,
И твою былую славу
Мы умножили в бою.

Скинув черные бушлаты,
Черноморцы в дни войны
Здесь на танки шли с гранатой,
Шли на смерть твои сыны.

 

Припев.

Если из-за океана
К нам враги придут с мечом,
Встретим мы гостей незваных
Истребительным огнем.

Знает вся страна родная,
Что не дремлют корабли
И надежно охраняют
Берега родной земли.

Песня Легендарный Севастополь
слова П. Градова, музыка В. Мурадели

Фото из архива автора, репродукции картины Карло Буссоли, "Бриг "Меркурий", атакованный двумя турецкими кораблями". Иван Айвазовский, 1892 г.

Использованы материалы в т.ч. http://www.flot.com/